About Jinggo Janggo
Первое, что бросилось в глаза, — не полированный тик и не белоснежные паруса, а тишина. В 5:47, когда Jinggo Janggo бесшумно вошёл в бухту у острова Падар, команда двигалась как тени, закрепляя швартовы без единого слова. Ни рёва двигателей, ни звона цепей. Только тихое плесканье воды о борт и лёгкий скрип старой древесины, оседающей в утренней прохладе. К 6:02 я уже был на пляже, поднимался по серпантину, пока солнце не залило зазубренный гребень, превратив бухту с пятью пляжами в палитру кораллового и золота. Это было не постановочное зрелище. Оно казалось заслуженным.
Позже, утром, на якоре у острова Комодо, ритм изменился. Затон опустил нас у пристани Лох Лянг вскоре после 9 утра — вовремя, чтобы избежать полуденной жары и толп с круизных лайнеров. Рейнджеры провели инструктаж на бахасе, нашего гида тихо переводил, после чего мы отправились по сухой саванне. Увидели восемь драконов — крупнейший грелся у пресноводного водоёма, слегка приоткрыв пасть, хвостом отмахивался от мух. Прогулка заняла 75 минут — чётко, безопасно, с бутылками воды на привале. Обратно на борт к полудню — нас ждали прохладные полотенца и ледяной сок лайм под тенью обеденного тента.
Jinggo Janggo не претендует на статус плавучего отеля. При 22 метрах он компактный, создан для уединения, а не зрелищ. В каюте — место для двоих, но при общей вместимости до пяти гостей, я подозреваю наличие второго спального места — возможно, трансформируемого, возможно, скрытого под палубой. Однако планировка отдаёт предпочтение открытым пространствам, а не перегородкам. Еду подавали на кормовой палубе: жарёный копчун с сямбал матах, салат из папайи, жареные бананы. Ни белоснежных скатертей, но тарелки были чистыми, столовые приборы — настоящими. Около 14:00 у Манта Пойнт мы наблюдали, как рядом с бортом проплывали рифовые акулы и два манта, медленно взмахивая крыльями. Экипаж бросил в воду маски и трубки, которые заранее подготовили и прополоскали — шланги аккуратно свёрнуты.
Вечером, на якоре у острова Калонг, небо к 18:30 стало угольно-чёрным. Тысячи летучих мышей сорвались с мангров, образуя вихревой чёрный столб на фоне вечерних сумерек. Мы ели жареную кукурузу и пили тёплое пиво Bintang на солнечной палубе, единственным светом была фонарь, покачивающийся на мачте. Ни Wi-Fi, ни музыки из колонок. Только разговоры, изредка — всплеск прыгающей рыбы. На следующее утро мы проснулись у Така Макассар — мелководье с бирюзовой водой, песчаные косы проступали при отливе. К 10 утра мы плавали у Канавы, где риф резко поднимался из глубин, кипя от попугайчиков и клоунов в анемонах. Обратный путь в Лабуан Баджо занял два часа под мотором, прибыли за полчаса до 14:00 — как раз успели на рейсы позднего утра.
