About Silolona Liveaboard
Утро началось до восхода — мягкий шлепок волн о корпус в проливе Дампьер разбудил меня. Босиком ступил на тиковый настил, закутавшись в лёгкий хлопковый саронг из каюты, и стал наблюдать, как небо за скалистым силуэтом Ваяг меняет оттенки — от индиго до персикового. Воздух был прохладным, ещё не насыщенным влагой, и единственным звуком служил крик браминского канюка вдалеке. Silolona Liveaboard — 50-метровый фениси — ощущалась уютно: не громоздко, не тесно. Достаточно пространства, чтобы побыть наедине с собой, но никогда — почувствовать одиночество.
Первый дайв после завтрака — у мыса Кри, самого богатого рыбой места в Раджа Ампат. Гид вручил план погружения на планшете: глубина, время, течение. Всё выглядело чётко, без лишней суеты, в отличие от тех хаотичных лайвэбордов, о которых я читал. Стенка уходила вниз резко, и уже через минуты я оказался в облаке стрелозубов, плотном, как дым. Ниже кружила гигантская тревалли. Накануне один из членов экипажа показал на воббегонга, спрятавшегося под уступом, и вот он снова здесь — замаскированный, будто треснувший коралл. Вынырнул с улыбкой, мундштук ещё во рту, а лодка поддержки уже рядом — с бутылкой охлаждённого кокосового сока.
На палубе — обед под тентом: гриль из махи-махи, салат из джекфрута и острый сямбал матах, после которого тянешься за новым стаканом ледяного чая с лемонграссом. В гостиной — глубокие подушки, низкий стол и книги по искусству Индонезии. Не брошюры с логотипами, а настоящие фотоальбомы о папуасских племенах. Днём бросили якорь у острова Сагевин. Перед золотым часом взял каяк. Плывя между крошечных островков, спугнул пару полосатых пастушков — те метнулись по корням мангров. Вода была настолько прозрачной, что видны были каждая галька и тень морской звезды.
Во второй вечер экипаж установил проектор на верхней палубе. Смотрели документалку 70-х о нересте кораллов — под одеяла и тёплое молоко с имбирём. Ни Wi-Fi, ни громкой музыки — только потрескивание динамика и тихие шепотки между кадрами. На следующее утро — финальный дайв в саду Мелиссы. Риф был словно выложен мягкими кораллами: пурпурные горгонии, оранжевые веера, розовые кораллы-хлысты колыхались в течении. Вынырнул — а Silolona Liveaboard уже подошла ближе к группе грибовидных островков. Зашли в воду с джиппи и увидели пару пигмейских морских коньков, цепляющихся за веер не больше ладони.
К третьему дню, когда мы вернулись в Соронг, я перестал смотреть на часы. Ритм борта — дайв, еда, отдых — вытеснил ту суету, с которой приехал. При прощании один из гостиничных передал небольшой сплетённый мешочек с брусочком мыла франжипани из каюты. Это был не перегруженный роскошью жест, а что-то настоящее, продуманное. Я не хотел покидать борт.
